Персональный сайт

Последняя владелица Балвского имения

oserece — Fri, 27 Jun 2014 15:43:30 GMT

Последняя владелица Балвского имения

Ею была княгиня Анна Владимировна Щербатова, фрейлина двух императриц.
Щербатовы...
Один из самых старинных и влиятельных родов России и маленькое, забытое Богом, имение где-то на задворках Витебской губернии: Боловск (ныне – город Балви). Но факты, как известно, вещь упрямая и какое-то время Боловск действительно принадлежал роду Щербатовых-Барятинских.

(Информация собрана и опубликована

Совсем недавно появилась книга Ирены Шайцане «Балви – город на берегу озёр. Страницы истории (1549-2009)"/Irna aicne «Balvi – pilsta ezeru krastos. Vstures lappuss (1549-2009)», в которой обобщена информация и об истории города, и об истории имения. Благодаря ей можно приоткрыть страничку прошлого. Кем же была княгиня Анна, последняя владелица живописного имения?

По данным сайта http://r-g-d.ru/ (Российское генеалогическое древо) княгиня Анна Владимировна Щербатова (урожденная Барятинская) родилась в 1879 году. Это была очень образованная женщина, владела французским, немецким и английским языками, состояла фрейлиной двух императриц: Марии Федоровны, матери Николая II, и Александры Федоровны, его жены. Умерла в 1942 году, похоронена в Брюсселе на кладбище Иксель (Грезин И.И. «Кладбища коммун Ixelles и Uccle в Брюсселе», СПб., 1996 г.,серия «Российский некрополь», выпуск 1).

Была замужем за князем Павлом Борисовичем Щербатовым. Князь родился в Риме в 1871 году, а умер в 1951. Похоронен на том же кладбище в Брюсселе. Был полковником лейб-гвардии Гусарского полка, он должен был пойти в отставку в чине генерал-майора, но отказался от чина в знак протеста действиям Временного правительства, которое не признавал. Был адъютантом Николая Николаевича Романова.

Теперь слово Ирене Шайцане: «... княгиня Анна Владимировна Щербатова приобрела Балвское имение в 1911 году. Стоимость имения составила 370 000 рублей, причем 52 000 Щербатова сразу выплатила Земельному банку, а остальную сумму она должна была выплатить постепенно в течение нескольких лет. Одна из дочерей Щербатовых – Ольга – родилась в Балвском имении в августе 1913 года. Её крестили в Балвской православной церкви. Сын Алексей Щербатов (1910 – 2003) написал воспоминания, которые в 2005 году были опубликованы в книге «Права на прошлое» (на русском языке). В этой книге пол-странички посвящено Боловску».

Между прочим, сохранилась фотографии Анны Владимировны и Павла Борисовича Щербатовых. Они принимали участие в костюмированном балу у императора в 1903 году.

У Анны и Павла было восемь детей (трое сыновей и пять дочерей).

О своей семье, роде и перипетиях собственной жизни написал воспоминания князь Алексей Щербатов-Барятинский (01.11.1910, Санкт-Петербург – 10 июня 2003, Нью-Йорк, США).

Американский профессор истории, крупнейший специалист-генеалог, в течение тридцати трех лет президент Союза Российских дворян Северной и Южной Америк, Австралии и Новой Зеландии. Воспоминания можно прочитать и в интернете.

Именно из этих воспомниний становится ясно почему Щербатовы приобрели Боловск.
«...Одним из самых сильных впечатлений детства остались слова матери при обсуждении покупки имения на деньги, полученные отцом от тетки, графини Толстой, в наследство. Кто-то предлагал сделать это в Италии или на юге Франции. Мама сказала тоном, не терпящим возражения: «Нет. В России, в Витебской губернии. Там чудные леса и озера». Шел 1913 год, мне не было и трех лет, но запомнилось: «Только в России»,— так сказала мама.»

И позволю себе привести строки, посвященные Боловску.

«Боловск»

«Только в России», — так сказала мама. Родители тогда же поехали в Витебскую область и купили огромное имение Боловск, около самого большого озера, недалеко от станции Резня (ныне – Резекне). Позднее эта часть, примыкавшая к советской границе, перешла к Латвии. Какой красивый был этот дом, ампир начала 19 века. С утра пораньше, когда все еще спали, я отправился исследовать новое жилище, и первым делом спустился вниз, на кухню. Повар наш, поляк Доминик, судя по всему, собирался готовить так любимые мной пирожки, и на столе соблазнительно набухало желтоватое, гладкое тесто.

Не долго думая, я запустил в него свои пальцы — приятное ощущение тепла заворожило кухонным таинством, но повар довольно быстро прервал мое занятие, сурово заметив, что делать этого не следует. Я огорчился: не ожидал от человека, баловавшего меня жаворонками из теста и легкими куриными котлетами такого грубого вмешательства, но интереса к кулинарии не потерял. До сих пор люблю готовить и порой угощаю друзей своими кулебяками, какие вряд ли можно найти в самых изысканных ресторанах Нью-Йорка. А еще в «Боловске» мне впервые подарили собаку. Любимый товарищ, английский бульдог, назывался Булька. Была у нас с ним такая игра: я закладывал свою голову в его огромную пасть, чтобы получше рассмотреть – что там, а он терпеливо ждал. Родители пугались – мы веселились.. Никому уж больше в жизни так не доверял. В этом доме в августе 1913 года родилась сестра Ольга.

Лето 1914 года мы снова провели в «Боловске». Эта поездка вспоминается с ощущением свободы, простора, чарующего изобилия зелени и... тревоги. На небе стали появляться некие красные знамения. Местные жители и слуги без конца обсуждали: «Частое красное небо предвещает страдания и ужасы для страны. Раньше такого не наблюдалось». Отец не обращал внимания, мать относилась к этому серьезнее.

Пожалуй, это все, что осталось в памяти от самого раннего детства. Память вообще, а детская особенно, избирательна, в ней, по-моему, задерживается то, что тронуло душу и прошло через сознание. Разговоры о возможных военных действиях не забылись.»

В 1920 году Балвское имение, в результате аграрной реформы, перешло в собственность Латвийского государства, но это уже совсем другая история. В которой, увы, нет места фрейлинам императорского двора, полковникам Гусарского полка, повару Доминику и даже собаке Бульке..

Жанна Фриске выбрала имя для ребенка и заплатит з

oserece — Wed, 25 Jun 2014 05:07:19 GMT

Будущей мамочке Жанне Фриске осталось совсем недолго ждать появления на свет долгожданного малыша: всего каких-то пару недель и счастливое событие наконец произойдет. Сейчас она находится в Майами, но, увы, без своего возлюбленного Дмитрия Шепелева, который уехал в Москву работать за двоих.

Да и бытовых хлопот у шоумена хоть отбавляй, ведь именно ему приходится обустраивать огромную квартиру Жанны, которая находится прямо в центре столицы.

Поскольку насущными мелочами в семье Фриске и Шепелева занимается мужчина, беременная певица все время тратит исключительно на себя, что, согласитесь, похвально и очень полезно для будущей мамочки. Она много гуляет, ходит по магазинам, играет со своим псом и никак не ограничивает себя в питании. Короче говоря, наслаждается последними беззаботными деньками, ведь когда появится малыш, Жанне будет не до отдыха.

Кстати, певица будет рожать в той самой известной клинике Mount Sinai Medical Center, которая славится высококвалифицированными врачами и первоклассным уходом за мамочками и их детками. Обойдется это удовольствие Фриске примерно в 10 тысяч долларов. Говорят, и с именем будущие родители тоже уже определились.

Лера Кудрявцева сообщила «по секрету», что малыша назовут Платоном. У сына Жанны будет сразу два гражданства: российское и американское, а это значит, что мальчику проблемы с визами не грозят.

Шэрон Стоун: В 55 сексуальная жизнь расцветает

oserece — Thu, 15 May 2014 21:08:37 GMT

Шэрон Стоун: "Я уверена, что в искусстве старение наши несовершенства делают нас более сексуальными" / huffingtonpost.com/

Актриса, которая встречается с Мартином Микой (парень работает моделью и на 30 лет младше Шэрон) откровенно рассказала в интервью изданию о сексуальности и красоте в своем возрасте

По словам Стоун, ее часто уговаривали сделать подтяжку лица, и некоторым докторам это даже удавалось. “Но в последний момент я посмотрела на себя в зеркало и подумала, что они будут там подтягивать? Я уверена, что в искусстве старение наши несовершенства делают нас более сексуальными”.

Читай также: 55-летняя Шэрон Стоун затмила всех на красной дорожке в Каннах

Шэрон утверждает, что с возрастом “сексуальная жизнь расцветает”, потому что женщины больше понимают свое тело: “Нам не хватает изысканных блюд вместо фаст-фуда. Мы привносим более дорогое понимание жизни, себя и других. Мы более щедры и напористы”, - говорит актриса.

Шэрон Стоун на обложке журнала New You / huffingtonpost.com/

Для фотосессии в New You она примерила откровенные мини-платья, показав стройные ноги. А на видео о том, как проходила съемка для обложки, видно, как Шэрон делает мостик в вечернем блестящем платье и в туфлях на высоких каблуках:

Читай также: Таисия Повалий копирует Шэрон Стоун

Родная сестра Жанны Фриске вышла замуж за сотруд�

oserece — Thu, 15 May 2014 20:30:05 GMT

Для семейства Жанны Фриске 2013 год стал знаковым. В апреле 39-летняя Жанна родила первенца - сына Платона, а 16 августа ее родная сестра, 27-летняя Наталья, сочеталась законным браком с 26-летним сотрудником МЧС из Пермского города Чернушка - Сергеем Вшивковым.

Как удалось выяснить Heat.ru, с Сергеем Наталью Фриске, похожую как две капли воды на свою знаменитую сестру, связывают давние отношения: пара встречается уже несколько лет. Сергей не гламурен и не богат, да и внешне выглядит простовато, однако Фриске-младшая буквально души не чает в парне.

Для проведения выездной регистрации и свадебной церемонии, на которую пара пригласила около 30-ти человек из своего близкого окружения, Наташа и Сергей выбрали московскую усадьбу Кусково. На залитой августовским солнцем лужайке была сооружена арка, украшенная шелком и цветами, вокруг которой собрались гости во главе с заметно волнующимся женихом.

К месту бракосочетания младшую дочку повел отец семейства - 61-летний московский бизнесмен Владимир Фриске. Возможно, в связи с тем, что это уже не первая свадьба для Натальи - ранее она уже была замужем - на этот раз она выбрала отнюдь не роскошный белоснежный наряд, а платье цвета слоновой кости без фаты.

После того как влюбленные обменялись обручальными кольцами и получили свидетельство о браке, на глазах невесты выступили слезы радости. Не удержался от сантиментов и сам жених, который настолько проникся трогательной речью сотрудницы ЗАГСа, что уже не мог остановить поток переполнявших его чувств. Впрочем, это уже не первый случай, когда Наташа видит слезы своего избранника. Молодой человек настолько влюблен, что прослезился и в тот момент, когда делал девушке предложение. Это произошло на праздновании дня рождения Сергея в июле 2012 года.

Сестры Фриске безумно похожи внешне, но судьбы их складываются по-разному. Несмотря на то что Жанна всячески способствовала продвижению карьеры Наташи в шоу-бизнесе и даже на время пристроила ее в группу «Блестящие», младшая Фриске так и не смогла привыкнуть к пафосу и гламуру. Наталья выбрала для себя совершенно другую жизнь и простое человеческое счастье. Девушка закончила курсы визажиста и полюбила обычного провинциального парня, для которого на первом месте стоит семья.

Жанна же предпочла карьеру поп-звезды, обложки журналов, популярность и лишь в 39 лет воплотила в жизнь свою давнюю мечту о материнстве. Теперь родственники знаменитой певицы с нетерпением ждут от отца ребенка Жанны - телеведущего Дмитрия Шепелева - еще одного ответственного шага: отцу сестер Фриске уже не терпится полюбоваться своей старшей дочерью в белом платье невесты.

Обзор обложек от «Дуси»: люди Майдана и Личность,

oserece — Thu, 15 May 2014 19:38:57 GMT

Очевидно, что, пока люди будут стоять на Майдане Незалежности в Киеве, тема Евромайдана будет оставаться в топе у любимых еженедельников Дуси Катасоновой. Не исключено даже, что репортажи и самые яркие кадры из митингующего центра столицы продолжат появляться на обложках журналов и после новогодних праздников. А пока на главной площади страны все относительно спокойно, некоторые Дусины коллеги решились подвести кое-какие итоги уходящего года.

Предпоследний в 2013 году номер журнала «Фокус» от начала до конца посвящен рейтингу «200 самых влиятельных украинцев». И хотя на страницах еженедельника снова знакомые всем лица (меняются только позиции), первое место занял собирательный образ, названный Человеком Майдана. В графе «возраст» у Человека Майдана значится «любой», а вместо «должности» указано конституционное определение народа как «носителя суверенитета и единственного источника власти в Украине».

Надо сказать, что людьми Майдана журналисты назвали всех, кто в ноябре-декабре этого года по своей или чужой воле оказался на площадях страны. Это и 22-летние протестующие студенты, и такие же «ровесники независимости» в милицейских шлемах со щитами, которые призваны охранять порядок. Кроме того, нашлось здесь место и их 45-летним родителям, вышедшим на Антимайданы и Майданы, чтобы заявить о своей поддержке власти или же несогласии с политическим курсом нынешнего президента.

Впрочем, несмотря на столь лестный для читателей «Фокуса» комплимент и почетное первое место, обложка журнала показалась Дусе какой-то бледной. Ну что это за серо-синий бизнес-центр с вертолетной площадкой на крыше? А как вам эти две безликие очереди по бокам? Видимо, по замыслу авторов, сам небоскреб представляет собой Украину, а люди на смотровой площадке и есть украинский народ. В таком случае интересно, задумывались ли они о том, что вертолет на вершине (похожей, кстати, на пьедестал) в нашей стране ассоциируется только с одним человеком, который в рейтинге «Фокуса» занял второе место.

Редакция журнала «Корреспондент» также решила продолжить свою давнюю традицию в конце декабря называть тех, «кто больше всех отличился в стране и в мире». Но если с оценкой знаковых мировых событий и персоналий журналисты как-то справились, то назвать «Личность года» в Украине они нынче не смогли. Хотя, если внимательно прочесть редакторскую колонку «Со знаком вопроса», можно сделать вывод, что они просто умыли руки и побоялись сделать этот выбор.

«В этот раз мы решили прервать традицию и сознательно отказались от того, чтобы отдавать первенство кому-либо из топовых политических фигур. На фоне нынешнего напряжения выбрать одного из политических лидеров, присвоив ему хоть знак плюс, хоть знак минус, значит, встать на его сторону или же, наоборот выступить обвинителем. А последнее слово еще не сказано никем», написал во вступительной колонке и.о. главного редактора журнала Андрей Овчаренко и не исключил, что в следующем году именно топовый политик снова появится на обложке с надписью "Личность года".

По правде говоря, вашу Дусю удивила такая позиция коллег, которые с 2002 года смело выносили на обложку фамилии и портреты (иногда даже по три) самых разных политиков. При этом у читателей даже мыслей не возникало о том, что таким образом журналисты кого-то обвиняли или становились на чью-то сторону. И это, по-моему, не только странно, но и печально. Хотя чему тут огорчаться, если с уходом Виталия Сыча и Юлии МакГаффи редакционная политика журнала и сайта и так удивляет с каждым днем.

На обложке вышедшего номера журнала «Країна» свежая фотография одной из баррикад митингующих Евромайдана со стороны улицы Институтской. Горы снега, старых покрышек и пустых бочек, разделяющих два лагеря, словно символизируют то, что народ всеми средствами готов отстаивать свое право на демократию. И то, что обе стороны внутриполитического конфликта застряли по обе стороны этой баррикады. Одна из них изо всех сил не дает ее разрушить, а другая не может. Об этой патовой ситуации в стране и говорит в своем интервью политолог Вадим Карасев, философская цитата из которого вынесена в анонс: «Влада не може перемогти Майдан, але і Майдан поки що не може перемогти владу».

«Попытка штурма Евромайдана, воодушевление протестующих в связи с ее провалом, концерт «золотого» состава «Океана Эльзы» перед благодарными слушателями, поиск виновных в разгоне протестантов 1 декабря в рядах власти. И, наконец, визит Виктора Януковича в Москву, где ему пообещали дешевый газ и займы на $15 млрд», - об этих и других событиях, которыми жил Майдан на прошлой неделе (10-17 декабря), пишут журналисты «Репортера» в продолжении репортажа «Дневник #Евромайдана».

Конечно же, самым значимым событием прошлой недели стала попытка разгона «Беркутом» акции протеста на Майдане. И наверняка многим митингующим на всю жизнь запомнится ночь на 12 декабря, когда под звон колоколов Михайловского собора и гимн Украины митингующие сдерживали натиск отрядов спецназа. Впрочем, на обложку «Репортера» попали не кадры той бурной ночи, а позитивная и патриотичная фотография тысяч украинцев, которые с фонариками в руках пели «Ще не вмерла Україна»...

На официальной страничке журнала «Український тиждень» в Facebook сказано, что издание всегда старается задавать непростые вопросы и зрить в корень проблем. В новом номере журналисты рассматривают один из самых главных, на их взгляд, вопросов сегодняшнего дня: «Про що мовчить Донбасс». На обложке журнала, естественно, символ шахтерского края - рядовой труженик забоя в оранжевой каске и защитной маске.

Главной теме номера посвящены сразу несколько материалов. «Якихось 25 років тому на 1/6 частини суші, що звалася в той час СРСР, неможливо було знайти більш бунтівного народу, ніж шахтарі. Не випадково гірники першими розгорнули масштабний страйковий рух, коли умови життя в країні стали зовсім нестерпними. Сьогодні багато хто переконаний, що саме страйки шахтарів у 1989-му фатально підломили Радянський Союз. Адже вони висували тоді не тільки економічні, а й політичні вимоги, що сколихнули й інші регіони», пишет в статье «Чому не страйкує Донбас?» журналист Денис Казанский. Вместе с тем его коллега Екатерина Шаповал в материале «За інший Донбас» попыталась разобраться, «проти чого та проти кого виступають жителі тих областей, на які завжди спирався Янукович?». А вот известный публицист Юрий Макаров высказался по поводу новых разговоров на тему раскола страны и поделился своим мнением в отношении того, «чого чекати від Сходу?» и «чого чекати Сходу?».
Также своими соображениями по поводу того, «чому мовчить донбаська інтелігенція та чого хоче тамтешній бізнес», поделилась в интервью историк-социолог Оксана Михеева. Жаль только, что эти материалы прочтут преимущественно представители столичной и, в лучшем случае, региональной интеллигенции. А вот широкие массы на Востоке Украины, скорее всего, так и не смогут через эту призму взглянуть на себя и своих земляков со стороны.

Как уже говорилось, одной из главных тем этой недели была встреча Януковича с Путиным и подписанные в Москве договоренности о скидке на газ и многомиллиардном кредите от России. «Полученные от Москвы новые финансовые стимулы могут спровоцировать неприятности для Киева в сфере высокой международной политики», пишет журналист газеты «Комментарии» в статье «Украине покупают билет на войну». Ее анонс с портретом «покупателя» в лице Владимира Путина и вынесен на первую полосу издания. Автор материала утверждает, что российские кредиторы потребовали от Украины увеличить потребление газа, что «станет мощным демотиватором всех предыдущих усилий Киева по энергосбережению», а подписанное 17 декабря соглашение «способно изменить в пользу РФ военно-политическую конфигурацию в Восточной и Южной Европе».

Учитывая то, как быстро меняются события не только в Украине, но и во всем мире, сложно спрогнозировать, что будет даже через год. Ведь еще прошлым летом многие были уверены, что Янукович ведет страну в Европу, и никому даже в голову не приходила мысль о возможности нового Майдана. Как бы то ни было, мы живем в интересное время и каждый день становимся свидетелями и участниками перемен, которые наверняка войдут в учебники новейшей истории Украины.

Хороших всем выходных и познавательного чтива на досуге!

Ваша Дуся Катасонова

Фото: «Фокус», «Корреспондент», «Країна», «Репортер», «Український тиждень», «Комментарии»

Прикрепленные файлы: Версия для печати* Найдя ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter Комментарии наших посетителей:

пора прибраться // 21.12.2013 14:50
Майдауны, пора помыться и разъезжаться по домам.....а дома сделайте флюорографию, сдайте кровь на ВИЧ и RW...

Кобзон для пора прибраться // 21.12.2013 19:12
Абортышь, иди лучше рот свой туалетным утенком прополощи

19 // 22.12.2013 03:05
Очень интересный отзыв гражданки РФhttp://colour-lipstick.livejournal.com/38387.html

Просмотр сериалов вредит фигуре сильнее, чем фас�

oserece — Thu, 15 May 2014 18:22:43 GMT

Просмотр сериалов вредит фигуре сильнее, чем фаст-фуд

Елена Кривцова , 25.09.2013 / 111

После тяжелого рабочего дня просмотр серии любимого сериала перед экраном телевизора или компьютера кажется лучшим в мире времяпровождением. Любимые герои поднимают настроение и снимают усталость, плюс, во время просмотра можно немножко перекусить…Но ученые предупреждают о вреде сериалов, ведь их герои редко подают положительный пример…

Опасность популярных сериалов заключается не только в том, что забывая о всём на свете человек поглощает огромное количество пищи и ведет малоактивный образ жизни. Основная опасность кроется в поведении героев популярных сериалов, которые часто злоупотребляют вредной пищей, распевают спиртные напитки и вступают в опасные сексуальные связи.

По данным последнего научного исследования, вероятность выбрать вредный напиток или пищу повышается в несколько десятков раз, если любимые сериальные герои злоупотребляют вредной пищей. К тому же, когда на экране кто-то начинает кушать, человек испытывает непреодолимое желание последовать его примеру в ту же минуту.

Между тем, избавиться от привычки кушать во время сериала и перейти на более здоровую пищу намного сложнее, чем может показаться на первый взгляд. Прежде всего, нужно осознать необходимость изменений в образе жизни. Второй шаг – попробовать продукты, снижающие аппетит, ведь переедание – одна из основных причин лишнего веса.

Один из таких продуктов – зеленый кофе. Данный напиток заметно снижает аппетит, улучшает обмен веществ, способствуя максимально-быстрому похудению – от 5-6 кило за неделю.

Типы дыхания

oserece — Thu, 15 May 2014 16:42:58 GMT

Как дышать при родах

Типы дыхания

В повседневной жизни человек редко контролирует собственное дыхание: дыхательные движения совершаются рефлекторно.

Ольга Комова
Акушер-гинеколог,врач первой категории, г. Москва

Вегетативная нервная система (часть нервной системы, отвечающая за работу внутренних органов) регулирует частоту, глубину дыхания в зависимости от ситуации: например, мы начинаем дышать чаще при физической нагрузке или стрессе. Однако в некоторых ситуациях необходимо научиться самостоятельно управлять своим дыханием. Одна из таких ситуаций — роды.

Что происходит с дыхательной системой во время беременности?

В период ожидания ребенка в организме женщины происходят изменения и перестройка многих систем и органов. За счет растущей матки поднимается диафрагма — основная дыхательная мышца, разделяющая грудную и брюшную полости. В результате этого легкие поджимаются, но за счет небольшого расширения грудной клетки их поверхность не уменьшается, а благодаря увеличению вентиляции легких улучшается снабжение тканей кислородом, быстрее удаляется углекислый газ, в том числе образующийся в организме плода. Это так называемая физиологическая гипервентиляция.

Самостоятельное управление своим дыханием в родах помогает обеспечить рождающегося малыша необходимым количеством кислорода, способствует уменьшению боли, расслаблению и благополучному течению родового процесса. Дыхательные упражнения помогают сконцентрироваться на технике дыхания, что является немаловажным отвлекающим от боли фактором. При соблюдении правильной техники дыхания все ткани и органы беременной получают достаточное количество крови и кислорода. Это исключает так называемый ишемический компонент появления болей, есть боль, возникающую из-за недостатка крови в тех или иных тканях или органах (такая боль, например, возникает при инфаркте миокарда, но имеет значение и во время родов). Кроме того, правильное дыхание обладает расслабляющим и успокаивающим действием.

Часто в стрессовой ситуации родов многие женщины забывают о тех способах дыхания, которым их обучали во время беременности. Поэтому необходимо регулярными тренировками довести навыки дыхательных движений до автоматизма.

Дыхательная гимнастика

Будущим мамам рекомендуется посвящать дыхательным упражнениям около 10 минут в день. Сначала следует освоить основные типы дыхания в покое, а затем можно тренироваться и в движении, например при ходьбе. Впоследствии необходимо выполнять дыхательные упражнения в разных позах: сидя, лежа на боку, стоя, наклонившись, с упором на руки, на четвереньках и т.д. В родах, при отсутствии противопоказаний, с разрешения лечащего доктора вы выберете максимально удобную и подходящую именно для вас позу.

При выполнении дыхательных упражнений, а также при использовании некоторых типов дыхания в родах из-за избыточной вентиляции легких может возникнуть головокружение. Его причина — снижение концентрации углекислого газа в крови. Для устранения неприятных симптомов следует на 10—20 секунд задержать дыхание и дать накопиться углекислоте, являющейся естественным раздражителем дыхательного центра головного мозга.

Типы дыхания

Наиболее важным во время беременности является релаксационное (расслабляющее) дыхание, которое может пригодиться в период схваток, особенно в самом начале родов. Релаксационное дыхание оказывает обезболивающее действие, помогает восстановить силы в промежутках между схватками.

Удобно расположитесь (лучше сесть на стул), расправьте плечи, поднимите голову. Для контроля правильности выполнения дыхательных движений рекомендуется положить руки на верхнюю часть живота, частично — над нижними ребрами. Вдохи и выдохи не должны быть напряженными, выполняйте дыхательные упражнения легко, без усилий. Почти любое дыхательное упражнение начинается с полного выдоха, с которым сбрасывается напряжение.

При релаксационном дыхании после полного выдоха медленно, плавно расслабляя мышцы брюшного пресса и дна таза, спокойно вдохните воздух через нос, ощущая, как он попадает в нижние отделы легких (стенка живота при этом движется вперед). Затем так же спокойно выдохните воздух через рот — живот при этом «сдувается». Выдох должен быть немного длиннее вдоха. Не форсируйте максимально глубокое дыхание, так как это может вызвать напряжение диафрагмы, мышц пресса, тазового дна, межреберных мышц. Ваша задача — полностью расслабить все группы мышц. Когда вам удастся полностью расслабиться, дыхание станет медленным, ровным, тихим. Такое дыхание наблюдается у человека во время сна. Поэтому релаксационное дыхание помогает будущей маме успокоиться, заснуть.

Во время родов

Началом первого периода родов считают появление регулярных схваток. Сначала они достаточно слабые и непродолжительные. Для облегчения схваток используется так называемое «медленное», или экономное, дыхание. Это глубокое дыхание, характеризующееся медленной сменой фаз вдоха и выдоха,, продолжительным выдохом. Освоить практику медленного дыхания необходимо еще в период беременности. В его основе лежит оптимизация соотношения между циклами «вдох — выдох» и биением сердца, при котором обеспечивается наилучшее снабжение организма кислородом. Сердцебиение не поддается самоконтролю, хотя рефлекторно при регулировании дыхания частота сердечных сокращений может меняться. Дыханием же можно научиться управлять.

При обучении экономному дыханию следует постепенно (!), примерно в течение недели, удлинять выдох. Делают это под контролем пульса. Обычно на фазы вдоха и выдоха приходится одинаковое количество пульсовых ударов (например, 3 — на вдох и 3 — на выдох). За счет удлинения выдоха на эту фазу дыхательного цикла должно приходиться в два раза больше пульсовых ударов (в нашем примере — 6). Это и есть оптимальное соотношение, характерное для экономного дыхания. Для определения пульса нужно слегка прижать три пальца одной руки к внутренней стороне запястья другой руки со стороны большого пальца.

Итак, во время родов в самом начале схватки следует сделать выдох ртом, сбросить напряжение, затем, вдохнув через нос, дышать в режиме «экономного дыхания»: спокойный вдох и продолжительный, спокойный выдох.

Между схватками, особенно когда они еще не очень частые, следует применять релаксационное дыхание, стараясь максимально расслабиться и отдохнуть.

При учащении схваток обезболивающий эффект медленного дыхания может стать недостаточным, хотя в некоторых случаях экономное дыхание помогает вплоть до начала потуг, характерных для второго периода родов. Существует правило: чем сильнее и продолжительней схватка, тем более глубоким и замедленным становиться дыхание.

Продолжительные и частые схватки помогает облегчить дыхание «по-собачьи». Это еще один тип дыхания в родах. Надо научиться, если носовое дыхание не затруднено, или ртом (для многих такой способ легче). Начать нужно с медленного дыхания, по мере усиления схватки учащая его до 1-2 вдохов в секунды. Фазы вдоха и выдоха становятся приблизительно одинаковыми по продолжительности, при этом вдох рекомендуется делать тихим, а выдох — шумным. Для предотвращения пересыхания губ и ротовой полости лучше прикрыть рот ладонью с целью уменьшения испарения влаги. Если рядом с вами кто-то присутствует, то можно периодически полоскать рот водой. В конце схватки следует снова перейти на экономное дыхание.

Особенно сложным является момент, когда головка ребенка начинает сильно давить на ткани начального отдела родового канала, а тужиться еще нельзя (например, при неполном открытии шейки матки). В данном случае, а также в период между потугами, когда акушерка дает команду не тужиться, во избежание повреждения тканей промежности и травм ребенка, помогает третий вид дыхания. Обычно рекомендуют осуществлять это дыхание «на счет», но в период потуг женщине сложно сосредоточиться на счете, поэтому здесь уместна помощь мужа или другого помощника, присутствующего на родах. Начинать нужно, как и прежде, с глубокого выдоха, затем следуют 4 — 5 поверхностных, неглубоких вдоха-выдоха, последний выдох осуществляется через свернутые в трубочку губы. Этот выдох продолжительный, полный: выдыхается весь воздух до конца. В обычной жизни такого типа дыхания нет, ведь выдох осуществляется пассивно, самопроизвольно — активной является только фаза вдоха. Выдыхая через губы, сложенные трубочкой, женщина вынуждена прикладывать усилие, переключаясь с потуги на длительный, форсированный выдох. Из-за смены фаз медленных и ускоренных дыхательных движений подобный тип дыхания также называется «переменным».

С момента полного раскрытия шейки начинается второй период родов, во время которого происходит рождение малыша. Во время потуги от женщины требуется максимум физических усилий. Не тратить силы зря и сделать потуги эффективными помогает «потужное» дыхание (четвертый тип дыхания в родах). В начале потуги следует сделать максимально глубокий вдох, а потом проглотить» этот воздух. Весь объем должен давить на диафрагму, а через нее - на дно матки, как бы выталкивая плод наружу. Когда возникнет чувство нехватки воздуха, нужно плавно, медленно выдохнуть воздух и сразу же максимально глубоко вдохнуть. Во время выдоха нельзя делать перерывов и коротких вдохов, так как при них диафрагма движется вверх и эффективность потуги снижается. Кроме того, следует контролировать направленность потуги, стараясь не тужиться «в голову», чтобы не тратить понапрасну силы. За потугу (она длится около минуты) цикл вдохов-выдохов необходимо повторить три раза. Между потугами переходят на медленное или релаксационное дыхание.

При рождении последа в третий период родов акушерка предлагает женщине еще раз потужиться. Эта потуга, как правило, не требует значительных физических усилий.

Может оказаться так, что в родах вам пригодится всего лишь один тип дыхания. Некоторым женщинам, напротив, помогает использование всех видов дыхательных движений. Регулярное занятие дыхательной гимнастикой во время беременности позволит вам привыкнуть ко всем типам дыхания и интуитивно дышать в родах максимально эффективно. Ведь каждая женщина, так же как и каждые беременность и роды, индивидуальна и общего универсального рецепта для всех нет. Для повышения эффективности тренировок рекомендуется заниматься дыхательной гимнастикой под контролем инструктора по подготовке к родам.

№02, 2006

Вам понравилась статья? Полезной ли она оказалась для Вас? Мы будем признательны, если вы оцените свои впечатления от прочитанного.

Статью оценили 8 человек. Средний балл: 4.5 из 5
8 комментариев.

1—8 из 8

Дмитрий, 7 ноября 2013 12:41
Информация действительно полезная! Как оказалось, дыхание - наилучшая анестезия. Перед поездкой в роддом, на протяжении нескольких часов жена терпела боль при схватках. Благо есть такая вещь как интернет и а в нем этот сайт. Быстренько изучил, пересказал любимой, потренировались, подышали в паре и стало значительно легче переносить схватку. В родильном зале важно было поддержать супругу правильным ритмом дыхания. При сильных болях о правильном дыхании сразу же забывала, однако заслышав мое правильное дыхание, супруга сразу же начинала дышать в такт со мной. Как потом она сама сказала это было как бы ни главной моей помощью. В основном дышали релаксационно. Во время потуг на четвертом вдохе-выдохе выдыхала, делая губы трубочкой. В общем - спасибо за статью. Вооружившись нужной информацией, чувствовал себя действительно полезным во время совместных родов.
З.Ы. Также нужно не забывать про обезболивающий массаж)
Анна, 4 июля 2013 17:18
Правильное дыхание в родах очень важно, оно занимает женщину, она чувствует себя приделе. Это снижает уровень ее тревожности и она дурными воплями не мешает ребенку и медперсоналу делать свое дело.
Дарья, 12 апреля 2013 19:50
в первых родах пользовалась дыханием, готовилась заранее по этой (или подобной из этого же журнала, только в печатном варианте) статье. очень пригодилось!
анжела, 4 января 2013
отличная информация, спасибо. будем пробовать)
Nana, 4 мая 2012
Spasibo vam sa informaciu..
Елена, 6 декабря 2010
Очень полезная информация! Именно такую я и искала. БОльшое спасибо!
Алмагуль, 10 июня 2010
Очень полезная информация! Благодарю за помощь!
Надежда, 17 мая 2010
Спасибо за подробные и четкие инструкции по дыханию, очень важно для будущих родов

Эдуард Хиль стал Trololo Man и прославился в Интернете

oserece — Thu, 15 May 2014 14:58:02 GMT

Эдуард Хиль стал Trololo Man и прославился в Интернете

11/03/2010

Буквально за несколько дней пользователи Интернета собрали сотни подписей в поддержку гастролей Trololo Man, как они называют мэтра по созвучию с песней. Подписи к петиции «За организацию мирового турне Trololo Man» блоггеры собирают на сайте www.ipetitions.com/petition/trololo/. Там же можно отчислить пожертвования в фонд организации тура. На сайте www.trololololololololololo.com, посвященном песне, можно слушать композицию в режиме нон-стоп. Новые фанаты Эдуарда Анатольевича даже подсчитали, что за час можно прослушать trolololo 22 раза. В социальной сети Facebook был создан фан-клуб Trololo Man, насчитывающий более 16 тысяч человек. Поклонники приглашают певца приехать к ним в США, Канаду, Великобританию, зовут вместе спеть в караоке, обсуждают возможность создания ремиксов и спрашивают совета, как отучить детей день и ночь напевать нехитрую песенку. Мелодию устанавливают в качестве рингтона на мобильники, а в ассортименте интернет-магазинов появились футболки и сувениры с изображением певца. Заметно оживился и российский сайт исполнителя – на форуме появилось множество поздравлений с неожиданным успехом от русских поклонников. Его предлагают даже отправить на Евровидение вместо Петра Налича, который, кстати, также прославился благодаря youtube.com.

Хиля изображают домохозяйки, школьники, студенты. Особым шиком считается полное вхождение в образ – петь желательно в строгом костюме и с советской прической. Свои версии вокализа в Интернет выкладывают даже мировые звезды. Обладатель премии Оскар за роль в «Бесславных ублюдках» актер Кристофер Вальтц не только спародировал манеру исполнения, но и попытался воссоздать весь антураж советского «клипа».

Однако, по словам Эдуарда Хиля, с предложением организовать гастроли к нему еще никто не обращался. «Я бы, конечно, согласился. Но я даже не знаю, как сейчас это делается. Кому предлагать: давайте я спою», - цитирует слова артиста газета «Мой район».

Вокализ – одно из любимых произведений метра советской эстрады, но на мобильном телефоне у него стоит другая мелодия - «Потолок ледяной, дверь скрипучая».
Композиция с оригинальным названием «Я очень рад, ведь я наконец возвращаюсь домой» была записана на фестивале в Берлине в 1966 году. Это название - единственное что осталось от первоначального текста «Я очень рад, ведь я наконец возвращаюсь домой. Моя жена сидит в Кентукки и вяжет шерстяной чулок…». В то время песня про американского ковбоя не вызвала бы одобрение у партийного начальства, поэтому исполнитель вместе с Аркадием Островским решили, что слов в ней просто не будет. Именно так и появился вокализ, который долгие годы был визитной карточкой певца.
Между тем, сказать, что Эдуард Хиль раньше был известен только в Советском Союзе нельзя. Артист становится лауреатом авторитетнейших международных фестивалей в Сопоте, Берлине и Бразилии, посетил с гастролями более 80 стран мира на разных континентах, среди которых были даже такие экзотические как Австралия, Сингапур, Малайзия, Филиппины, Гонконг, выступал в европейских странах и США, где имел оглушительный успех русских эмигрантов. В Париже он даже выпустил свой первый компакт-диск «Le Temps de L'Amour» («Пора любви»).

Недавно Эдуард Хиль отметил свое 75-летие. Он продолжает много работать, записывает новые песни, выступает с концертами. 10 марта артист записал новую композицию – «Салют победы», посвященную грядущему юбилею победы. Сейчас народный артист РСФСР имеет все шансы перейти в знаменитости международного масштаба, пусть даже под брендом Trololo Man и несмотря на то, что некоторые воспринимают его с иронией.

Кстати, подобная история случилась в 2008 году с чешским музыкантом Иваном Младеком и его группой Banjo Band. Музыканты даже представить себе не могли, что их шуточная песня Jozin z bazin (Ёжин из болота) спустя 30 лет станет популярной в Восточной Европе. Выложенный на Youtube клип, снятый в 1978 году для чехословацкого телевидения, стал абсолютным хитом в Польше и России. Его просмотрели несколько миллионов пользователей.

Байки о Хиле

Встречаются за кулисами Эдуард Хиль и Эдита Пьеха. «Ну что, все пьехаешь?» - спрашивает он. «Иди ты на хиль!» - парирует она.

В молодости Хиль дружил с Юрием Гагариным. В то время у Хиля была известная песня с припевом «Стану я точно генералом, если капрала переживу». Однажды его пригласили спеть несколько песен для военных на 23 февраля. На концерт позвали и первого космонавта. Тот стал уговаривать друга, чтобы он спел для военных эту самую песню. После исполнения в зале воцарилось гробовое молчание. После концерта певцу указали на дверь и лишили гонорара, а Гагарин даже не извинился за злую шутку. По словам Хиля, после этого они никогда не общались.

Благодаря Интернету также прославились:

- британская рок-группа Arctic Monkeys
- Сьюзан Бойл 47-летняя британская домохозяйка (уже записала дебютный альбом, который занял 1-е место в продажах Amazon.com еще за несколько недель до своего выхода)
- россиянин Пётр Налич (в этом году едет от России на конкурс «Евровидение»)
- Николай Воронов, записавший хит «Белая стрекоза любви» (уже имеет своего продюсера и менеджера, выступает в крупнейших московских клубах и записывает альбом)
- киевский скрипач и концертмейстер симфонического оркестра Национальной филармонии Вадим Борисов попал в международный симфонический оркестр, мастерство участников которого оценивалось в режиме он-лайн.

Эдуард ХИЛЬ: «Прислали бы хоть одну футболочку с моим портретом»

Мы с трудом дозвонились до Эдуарда Анатольевича. К телефону подошла его жена Зоя Александровна и посетовала, что сейчас у Хиля очень напряженный график. «У нас три дня сумасшедший дом, - рассказала она. – Эдуард Анатольевич постоянно дает интервью, у него сейчас есть только одна минутка». Тем не менее, она позвала мэтра к телефону.

- Эдуард Анатольевич, за годы своей творческой деятельности вы объехали с концертами более 80 стран мира, в том числе были в США. Как вас тогда встречали?
- Да, я действительно много путешествовал. В 60-е годы я объехал почти всю Америку. Концерты давал в основном для русских, американцы приходили редко, в основном из смешанных семей. А вообще мне очень понравились Австралия и Канада, из европейских стран – Швеция и Дания, ну и Голландия конечно. Сейчас я бы туда с удовольствием съездил.
- А чтобы вы спели для англоговорящей публики?
- Наверное, вот эту самую песню без слов, потому что у меня нет композиций на английском. Хотя один довольно известный в 60-е годы композитор присылал песню с английским текстом. Я даже исполнял ее на радио и телевидении, но в то время мы не объявляли имя композитора, потому что это не разрешалось. Возможно, я также спел бы иностранной публике одну из своих любимых - песню «Пора любви».
- Многие поклонники из штатов пишут вам на форумах – «приезжайте к нам, споем вместе в караоке». Вы бы согласились?
- Да, наверное, надо готовиться к этому (смеется). Дома у меня караоке нет, но однажды мы собирались с друзьями попеть. И вы представляете, даже за свою песню «Потолок ледяной» я получил меньше всех балов!
- Сейчас через Интернет по всему миру продают футболки с вашими портретами и рингтоны с этой песней на телефон. Получаете ли вы за это какой-то процент?
- Нет, конечно, ничего я за это не получил. Хоть бы одну футболочку прислали, мне было бы приятно.

Я очень рад, ведь я, наконец, возвращаюсь домой

Вокализ
композитор Аркадий Островский

Ааааааааа йаа-йа-йаааааа
Йаа-йаа-йаааааа йааааа
йа-йааааа
о-о-ОО-О-ООООйаа йа-йаааа
Йаа-йаа-йаааааа йааааа
йа-йааааа

Е-е-е-е-е Е-е-е Е-е-еее
О-о-о-о-оооо
Е-е-е-е-е Е-е-е Е-е-еее
о-о-о-о-оооооООООоааа аааа аааа аа ооаааа…

На-на-на-на-на-на-на-на-на-на-наааа
на-на-на-на-на на-на-наннна на нааа. нана-наа… на-наНА-НА-НА!
Нана-нана-наааааааааааааааааааааааааа
ноо-на-наааааааааа
на-на-нааа-нааа на-наааааа
лаааааа-ла-ла-лаааа
ла-ла-лаааа лаааа лаааа лаалааа

оо-о о ооо ооо оо ооо о о оооо
ло-ло-ло-лол ло ло лооо ло ло лоооо
ло-ло-ло-ло лооол

аааааа-ЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫыыыы-ыы-ыы-ыыыы
ла-ла-лааа лаааа лаа-лааа…
О-о-о-О-ООООО Пап Пара ла ла лааа ла-ла лааа
ла-ла лаааа лаааа ла-ла

Ла-ла ла-ла лалла ла лааа ла ла лооо
Траляляля лёёёёааа
Траля-ляля лялль ля ля ля ля-ля ляя Уааха-ха-ха-хО!
Уха-ха-ха-ха-хО
Оха-ха-ха-ха-хО
Оха-ха-ха-ха-хО
Ла-ла-ла-ла-ла-ла Ла-ла-ла-ла-ла-ла Ла-ла-ла-ла-ла-ла Ла-ла-ла-лАА!..

ААААаааааа лааа-ла-лаааа лалалааа лаааа ла-лааа
Ооооооооооо лааа-ла-лаааа лалалааа лаааа ла-лааа

Ла-ла ла-ла лалла ла лалла ла лааа… О-о-о-о-ООу
Ла-ла ла-ла лалла ла лалла ла лааа… О-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о…

Юлия ПАСКЕВИЧ

Феликс Шапиро

oserece — Thu, 15 May 2014 12:22:25 GMT

Феликс Шапиро

Литературный редактор «Веселых картинок» — о Харбине 1920-х годов, аресте редакции газеты «Гудок», дворовой жизни, голоде и расцвете детского журнала, который в эпоху оттепели стал единственным изданием без цензуры

24 августа 1930 года — родился в Москве

1937 год — арестовали и расстреляли отца

Октябрь 1941 года — ?февраль 1944 года — был в эвакуации в Марксе, а затем в Оренбургской области

1944–1948 годы — продолжил учиться в мужской школе №59

1948–1953 годы — учился на филологическом факультете МГУ

1953–1954 годы — работал учителем в городе Чесноковке

6 июля 1954 года — родился сын Андрей

1955–1956 годы — преподавал в вечернем ?техникуме при Министерстве местной промышленности и работал внештатным сотрудником в газете «Московский комсомолец»

1956 год — реабилитировали отца

1956–1993 годы — работал литературным редактором в журнале «Веселые картинки»

14 октября 1962 года — родилась дочь Катя

1993–1998 годы — работал в журнале «Плюс Я»

11 октября 1988 года — родилась внучка Юля

25 октября 1993 года — родился внук Александр

С 2002 года — работает в журнале «Розовый слон»

21 января 2005 года — родился внук Ника

Мой папа, Шапиро Бениамин Захарович, родился в 1907 году в Белоруссии; мама, Шнидман Лия Моисеевна, — в 1909 году в Хабаровске. После революции они оба со своими родителями переехали в Китай и жили в Харбине, где и познакомились. Не думаю, что их родители бежали от Красной армии, просто так вышло. Харбин в 1920-е годы был, по сути, русским городом. И мама, и папа были просоветски настроены. Маму даже таскали в китайскую полицию, потому что она демонстрировала приверженность коммунистическим идеалам. Позднее мы шутя называли их поколение комсомольцами 1920-х годов. О жизни бабушек и дедушек я знаю мало. По рассказам мамы, ее отца убили в Харбине китайцы за то, что он заступился за русскую девочку.

В 1928 году русскоязычные жители начали массово уезжать из Китая. Папа приехал в Москву в 1928-м, а мама — в 1929-м. Здесь они и поженились. Папа окончил Институт красных журналистов и пошел работать в газету «Гудок». И сразу вступил в партию — конечно, по убеждениям. Тем более что особых благ это не принесло — тогда госслужащие и члены партии не могли получать больше, чем обыкновенный ра?бочий. Мама пошла на электроламповый завод и, уже работая там, вступила в партию.

Я родился 24 августа 1930 года. Мама сразу ушла с работы, а папа был помощ?ником ответственного секретаря в газете «Гудок». Ну, конечно, отдельной квартиры у нас не было — мы жили, как и все, в коммуналке, без ванны, с колоссальной плитой, которая топилась дровами. Всего в квартире было шесть семей.

Благодаря папе мы жили чуть лучше, чем наши соседи по квартире: он уже считался ответственным работником. Он был очень эрудированным и целеустремленным человеком и где-то в 1935 году пошел на курсы подготовки советских дипломатов. А 1937 год стал рубежным: в ночь на 14 мая папу арестовали. Устроили обыск, забрали пишущую машинку. Я спал, а когда утром проснулся и спросил, где папа, мама сказала, что он уехал в командировку, — в этом не было ничего необычного, он ведь ез?дил в командировки. Но ребята во дворе быстро открыли мне глаза на то, что слу?чилось. Маму, естественно, исключили из партии — она осталась с шестилетним мной и моей десятимесячной сестрой Ри?той. Без специальности, почти без денег — жена врага народа. Мама была очень прямым человеком. Когда на партсобрании в «Гудке» их с папой исключали из партии, она там устроила такое! Мол, я лучше знаю своего мужа — он не мог быть врагом на?рода. Потом ее несколько раз вызывали в НКВД, и там она тоже выступала с такими речами. Следователь подошел к ней и сказал на ухо: «Лия Моисеевна, пусть мы будем все враги народа, пусть ваш муж не враг народа, но я вас очень прошу об этом помолчать. У вас двое детей, и вы знаете, что может произойти, если вас арестуют».

Вообще до ареста отца мы жили неплохо. Вот-вот должны были получить квартиру… И не дай бог, если б мы ее и правда получили, — после папиного ареста нас бы вы?кинули на улицу! Вот-вот папа должен был кончить одногодичные курсы английского языка, и мы бы уехали в Лондон. Так что жизнь сломалась на взлете.

Некоторое время мама носила передачи в Бутырскую тюрьму, а потом ей сказали, что папа приговорен к 10 годам без права переписки, переведен в лагеря и больше передачи принимать не будут. Тогда никто не знал, что это такое. Только потом, уже после смерти Сталина, стало ясно, что это означало расстрел. А в 1944-м мы получили маленькую записочку, что папа умер в лагерях от сердечного приступа. Что произошло на самом деле, мы узнали намного позднее. Когда в 1956 году началась реабилитация, я получил справку о том, что папино дело прекращено за отсутствием состава преступления, а он посмертно реабилитирован. Мы с мамой пришли в архив КГБ, нам вынесли тонюсенькую папочку, в которой было три или четыре листочка. Тогда же, в 1956 году, маме позвонил незнакомый мужчина и сказал, что встречался с папой в заключении и теперь очень хочет встретиться с нами. Мы пришли к нему, и он рассказал, что был арестован в 1937 году и одну ночь провел в башне Бутырской тюрьмы. В камеру, где он находился, бросили насмерть избитого человека — это и был мой папа. Папа сказал ему: «Я не выживу. Я все подписал. У меня такое предчувствие, что вы сможете выйти, и я вас умоляю найти мою жену и детей и сказать, что я ни в чем не виноват, что показания из меня выбили, и по?этому пусть в их глазах я останусь честным человеком».

Мать, Лия Моисеевна Шнидман, конец 1970-х годов

Где-то в 1988–1989 годах я получил уже совсем другую справку — в ней говорилось, что папа был арестован 14 мая 1937 года и необоснованно расстрелян по приговору военной коллегии 23 ноября 1937 года. Если раньше дело было закрыто, то теперь мы могли его посмотреть. На этот раз мне выдали очень пухлое дело. Первым документом был ордер на арест. Бланк был стандартный, а имя вписано от руки. Ни?каких точных формулировок, просто — «арестовать». Далее шли страницы, которые заполнялись следователем, и страницы, которые папа писал собственноручно. Дочка, которая сидела рядом, сказала: «Пап, смотри, как изменился его почерк». И действительно, был такой округлый, красивый почерк, а потом он сильно изменился — строчки налезали одна на другую. Папу обвинили в том, что он шпион японской и китайской разведки и вместе с другими сотрудниками газеты «Гудок» — а арестовали почти всю редакцию — должен был устраивать диверсии на железных дорогах. В этой папочке было зафиксировано все, каждый наш чих! Так я узнал, кто был осведомителем в нашей коммуналке: одинокая женщина, которая (она этого не скрывала) подрабатывала своим телом.

В тот год брали почти всех харбинцев. Папиного брата Матуса тоже расстреляли, уцелела только их сестра Августа. Не тронули и маминых сестер. А вот ее брата Александра, которому было 18, арестовали, и 10 лет он провел в лагерях. Выжил благодаря тому, что рассказывал уркам «Трех мушкетеров» и «Графа Монте-Кристо», и его не трогали.

Материально мы жили не приведи господи. Ну например, были одни ботинки — одновременно и летние, и зимние, и пока они не снашивались, другие не покупались. И одежда тоже — пока я из нее не вырастал, другая не покупалась. Но все ребята были такие, поэтому изгоем я себя не чувствовал.

Воспитал меня двор. Наш двор был за?крыт со всех сторон забором, и самым любимым местом была помойка, которая вывозилась раз в неделю, поэтому всегда можно было в ней покопаться — вдруг паяльник какой-нибудь найдешь старый… Но самое главное — это компания. Нынешним ребятам это трудно себе представить, но тогда мы жили как дети одной семьи. Прятки, «12 палочек», «Штандар» — весь день был занят играми. Маме было не до меня, она уходила на весь день на работу. Мы гуляли, бегали в арбатскую булочную, катались на подножках трамваев — в об?щем, полная свобода.

В 1938 году я пошел в замечательную 57-ю школу. У нас была очень хорошая учительница. Помню 8 Марта, абсолютно бесснежная Москва, и я в какой-то безрукавке бегу с ребятами на улицу Горького покупать ей цветы.

Когда началась война, мы с пятилетней сестрой уехали с интернатом медицинских работников, потому что еще в 1940-м мама стала работать на санэпидемстанции. Мы плыли по Волге в Республику Немцев Поволжья, и нас засек немецкий самолет. Но у нас был очень опытный капитан — он обманывал летчика, подавая то вперед, то назад, и ни одна бомба в нас не попала. В Марксе были хорошие дома, все по-немецки сделано. Печи — вполовину дома, и в каждой — котел для горячей воды. Только все эти дома стояли пустые — немцев выселили в один день. В городе остались только русские. По улицам ходили недоеные коровы. Грязь была жуткая, потому что улицы немощеные. Я сразу пошел на почту и отправил маме телеграмму: «Доехали благополучно, срочно высылай сапоги».

Мама приехала где-то в ноябре 1941-го: покинула Москву во время паники и стала пробираться к нам. Ей главное было — спасти детей. В Марксе я пошел в школу. Зима была жуткая, очень холодная. Помню, как мне говорили, что в такие морозы никто не учится.

Страха во время войны не было. Да и возраст был такой, когда интерес посмотреть на немецкий самолет сильнее, чем страх. Прежде всего вспоминается чувство голода. Вплоть до отмены карточек в 1947 году все время хотелось есть. Помню, когда уже вернулись в Москву, мама мне оставляла на обед кусочек хлеба. Я готовил уроки, а этот кусочек лежал в шкафу. Вот я что-нибудь поделаю — и отломлю себе не?множко, потом еще чуть-чуть, и к обеду ничего не оставалось.

Жена Феликса Шапиро Ольга Лаптева с их сыном Андреем, 1955 год

В 1943 году мы с мамой и сестрой уехали из Маркса в Оренбургскую область, где отбывала ссылку моя бабушка с папиной стороны. А в конце зимы 1944 года муж маминой сестры прислал нам вызов из Москвы — без вызова приехать было невозможно. В Москве прямо на вокзале у нас украли чемодан. Мы поехали к ма?миной сестре. На столе нас ждало угощение: нарезанный хлеб, на который намазывали нечто очень хорошо пахнущее. Оказалось, это коронное блюдо москвичей того времени — паштет из дрожжей.

Мы думали, что сразу переселимся в нашу комнату, но она оказалась занята майором морских сил. Он добился, чтобы жене врага народа отказали в заселении. Вызов ликвидировали, и мы перешли на нелегальное положение — а это значило, что нам перестанут давать карточки. Но и тут не обошлось без добрых людей: наш домоуправ, рискуя своей свободой, ставила печать и подписывала карточки. В общем, она нас спасла. Маме удалось устроиться на санэпидемстанцию, где она работала до войны, так что какие-то деньги у нас были. Но жить мы продолжали с дядей Ганей и тетей Фирой, рядом с Трубной площадью. Там ходили трамваи. Рядом с нами они замедляли ход, и я спокойно вспрыгивал на подножку на Трубной, а в Нижнем Кисловском переулке спрыгивал. И вот однажды я спрыгнул, а милиционер хвать меня за шиворот: «Ты чего?» И отвел в милицию. Вот тут я сильно перепугался, потому что знал: если я скажу, что я Феликс Шапиро и живу там-то, — нас выставят из Москвы. Часа три я сидел, а рядом сидел дежурный и чего-то писал. И вдруг он поднял глаза и говорит: «Ты чего здесь делаешь?» — «Да вот, спрыгнул». — «Большая скорость у трамвая была?» — «Нет, не?большая». — «Так иди отсюда, но больше не прыгай». Он увидел: парень какой-то, худой. Наверное, даже босой — ботинки я летом не носил, экономил.

Я даже написал письмо Сталину, чтобы нам восстановили вызов. Пришел в Кремль со стороны Боровицкой башни, где было написано «Приемная». За окошечком сидит кагэбэшник, естественно. Я говорю: «Вот письмо товарищу Сталину». Он: «О чем пишешь?» — «Личная просьба». А ма?ма написала Молотову. Конечно, письмо к нему не попало, но, видимо, его прочитала какая-то добрая душа, потому что прописку нам восстановили, а майора этого попросили.

Послевоенное время было очень трудным. Я пошел учиться в 59-ю школу, которая тогда была мужской. Класс у нас был очень дружный — мы до сих пор почти каждый год встречаемся. Если срывались с уроков, то все вместе, кроме двух-трех самых благовоспитанных. Друг за друга стояли стеной. И учителя были замечательные. До революции это была Медведниковская гимназия, и, по-видимому, многие наши учителя преподавали еще там. Сейчас-то я понимаю, что они работали за нищенскую зарплату, но всегда очень следили за собой. Это были интеллигенты высшей пробы, из старомосковской интел?лигенции. Они никогда не раздражались, не ругались, сами были личностями и уважали личности учеников.

Были у нас и трагедии. Лидером нашего класса был Том Петров. Вообще, это были два брата-близнеца — Том и Дим. Их родители преклонялись перед англо-американской культурой и так их назвали. О Томе можно писать целую книгу, и, кстати, о нем написаны две — одна художественная и одна биография. Том был очень сильной личностью, из очень обеспеченной семьи — его мама была директором Института туберкулеза и депутатом Верховного Совета, отец — завсектором здравоохранения ЦК партии. Но Том никогда не за?дирал носа, учился средне, считая, что это не самое главное в жизни. После окончания МГУ его устроили в Госполитиздат при ЦК партии. И тут он оказался связан с так называемым «делом Краснопевцева». Это было время оттепели, и сложилась группа студентов и аспирантов, которые вместе обсуждали разные политические вопросы, даже писали листовки. А тут грянули венгерские события, и несмотря на ХХ съезд, их всех загребли. Собирались они как раз у Тома, и он, вообще-то, проходил просто как свидетель, но его обвинили в недоносительстве, и судьба его зависела от решения партийной организации. А его лучший друг Феликс Алексеев очень хотел поехать работать в Прагу — он вы?ступил и сказал, что вот здесь раздаются речи «по молодости», «простить», а это все на самом деле политическая близо?рукость. И предложил исключить Тома из партии. В итоге Феликс поехал в Прагу, а Тома исключили из партии и сняли с работы. Он пошел работать на завод, в самый трудный черный цех, где льют чугун, от этих переживаний у него открылся порок сердца, и в 1956 году он умер.

Со своим классом в Чесноковке, 1954 год

Школу я окончил в 1948 году с тремя четверками — одна из них по русскому, с ко?торой медаль не давали. Дело в том, что несколько медалей у нас должны были получить евреи, и всем, включая меня, поставили четверки по русскому. Я собирался поступать на филологический фа?культет и написал перед поступлением автобиографию: «Я, Шапиро Феликс Бениаминович, родился тогда-то, отец — Шапиро Бениамин Захарович, арестован тогда-то…». А мама мне говорит: «Фелька, про отца не пиши». Но я ж комсомолец, а перед государством нужно быть честным. И написал. Вхожу в большой зал, в конце — стол приемной комиссии. Там сидит доцент Василенок — на всю жизнь его фамилию запомнил. И вот я стою в длинной очереди и по губам этого доцента Василенка читаю, что он всем задает один и тот же вопрос. Подхожу ближе и слышу: «Репрессированные в семье есть?» Вместо того чтобы выйти и все переписать, я отдаю ему и говорю: «Читайте». Он прочитал, передал документы секретарю — и все. За сочинение я получил четверку, а на следующем устном экзамене по литературе доцент Ухалов начал меня сыпать. И я вижу — перед ним лежит мое раскрытое дело, а слова «отец арестован в 1937 го?ду» подчеркнуты жирным-жирным красным карандашом. В итоге у меня был не?проходной балл.

Жизнь вообще удивительная вещь. В судьбу я не верю, но верю в удивительное сцепление добрых людей. Судьба — это и есть те добрые люди, которые попа?даются у нас на пути. Оказалось, что в на?шей школе учился сын заместителя декана заочного отделения филфака Николая Ивановича Либана. Он договорился, чтобы меня приняли на заочное отделение. И вот я, как идиот, заново пишу автобиографию — в том числе про отца — и несу на заочное отделение. Маленькая такая комнатка, за столом сидит женщина — явно дворянка в прошлом. Она читает мою автобиографию, смотрит на меня своими голубыми глазами и говорит: «Молодой человек, вас кто-нибудь тянет за язык?» А я уже созрел: «Переписать?» — «Разумеется». Так я попал на филфак.

До 1953 года я только допускал, что есть отдельные ошибки, но был уверен: советский народ живет замечательно, гораздо лучше, чем за рубежом. В 1953-м я не рыдал, но абсолютно искренне думал: «А что же теперь будет без него? Как мы будем жить дальше?» После ХХ съезда весь флер, ко?нечно, слетел. И не только у меня. У нас в доме жила темная-темная монашка, ко?торая отсидела за то, что была в монастыре. Помню, как она посмотрела «Обыкновенный фашизм», пришла и сказала: «Фелька, а ведь у нас — как у них». Что касается мамы, то у нее никакой переоценки не было. Ей было всего 29 лет, когда она осталась одна. То, что ее не арестовали, спасло меня и Риту от детдома для детей врагов народа. Тем не менее она считала, что Сталин об этом не знает. Но это не самое страшное. А самое страшное, что она оправдывала эти репрессии: кругом враги народа, мы живем в капиталистическом окружении, они хотят нас покорить. Лес рубят — щепки летят, она так и говорила! В 1956 году, как только реабилитировали папу, она сразу подала заявление о восстановлении в партию. Че?рез 20 лет после исключения! Когда ей вы?дали партийный билет, там был прочерк: с 1937 по 1956 год. И мама дошла до комиссии партийного контроля, чтобы этот прочерк ликвидировали. А когда в 1981 году придумали значок «50 лет в КПСС», она с гордостью его носила. Сейчас, конечно, маму понять трудно. Но тогда был такой невероятный идеологический пресс, и тя?желее всего пришлось нашим родителям, потому что сталинские репрессии прошлись именно по ним.

Конечно, то, что я пережил до 1953 года, и то, что было после, — две разные эпохи. Страх, конечно, оставался. Помню, на одну ночь мне дали «Архипелаг ГУЛАГ», я лежал на балконе с лампочкой и читал. Думал я только о том, что если сейчас ко мне придут, то деваться некуда: если сброшу книгу с балкона, то там уже стоят. За самиздат ведь действительно сажали.

С сыном Андреем, 1955 год

Красный диплом я не получил из-за четверки по марксизму-ленинизму, но не это сыграло решающую роль в моем распределении. Это был 1953 год. Сталина, к счастью, уже не было, но я все-таки был евреем и сыном врага народа. Помню, как я вошел в комнату, где сидела распределительная комиссия. Председатель Почекутов, с которым я столкнулся на три минуты, на всю жизнь мне запомнился. Он посмотрел на меня своими холодными кагэбэшными глазами и спросил, кем бы я хотел стать. Я сказал, что хочу работать в газете. Он сказал, что желающих работать в газетах у нас много, а вот школьных учителей не хватает, а потому мы вас распределяем в распоряжение Алтайской железной до?роги. И я поехал в Новосибирск, откуда меня отправили в Чесноковку (сейчас Ново?алтайск. — БГ), в 30 километрах от Барна?ула и в четырех сутках езды от Москвы. Я работал в 166-й железнодорожной школе, преподавал русский язык, литературу и психологию.

В Чесноковке меня должны были взять в армию, потому что, в отличие от всех моих однокурсников, после окончания университета мне не присвоили звание младшего лейтенанта. Я пришел в военкомат вставать на учет, а там сидит лейтенант — мой ровесник. Он до?стал мое личное дело, а в нем, как на приемных экзаменах, подчеркнуто: «Отец арестован в 1937 году». И он говорит: «Вообще-то, я тебя должен призвать. Ты пока напиши министру обороны, а у меня к тебе личная просьба: я сдаю экстерном за десятый класс — будешь писать за меня сочинение». Так и договорились. Я написал Жукову письмо, а поскольку потихоньку начиналась оттепель, мне довольно быстро пришел ответ, что дело пересмотрено и мне присвоено звание младшего лейтенанта. Я пришел в военкомат, этот лейтенант мне отдал военно-офицерский билет и говорит: «Писать-то сочинение будешь?» Ну что поделать, уговор дороже денег, так он и кончил десятый класс с моей помощью.

В октябре 1953 года ко мне в Чесноковку приехала моя однокурсница Оля, которая училась в Москве в аспирантуре. В Чесноковке мы поженились. А в 1954-м я уже вер?нулся в Москву, потому что в июле она должна была родить.

В Москве меня никуда не брали на работу, даже в школу, ведь 1956 год еще не на?ступил. Наконец по знакомству меня оформили почасовиком в вечерний техникум при Министерстве местной промышленности. Одновременно я стал работать внештатным корреспондентом «Московского комсомольца», писал наивные статейки, за которые мне сейчас стыдно. С заголовками вроде «Слишком много у нас безответственности». Реагировал на письма — тогда ведь было постановление ЦК партии, по которому в двухнедельный срок нужно было ответить на любое письмо.

В 1956 году ЦК ВЛКСМ принял постановление о создании детских журналов — до этого были только «Пионер», «Мур?зилка» и «Костер», а тут появились разом «Юный техник», «Юный натуралист», «Юный художник» и «Веселые картинки» — для самых маленьких. «Веселые картинки» создавались как абсолютно уникальный журнал — в России, а может, и в мире такого типа детского юмори?стического журнала, не комиксовидного, больше не было. Я туда устроился лит?сотрудником.

С женой, 1960-е годы

Все журналы ЦК комсомола делились на четыре категории. От категории зависела зарплата сотрудников и другие блага. «Веселые картинки» относились к третьей, хотя в пору своего расцвета приносили ЦК ВЛКСМ прибыль больше, чем все ос?тальные 16 журналов. У редактора «Молодого коммуниста» был грандиозный кабинет с мебелью из красного дерева, а главред «Картинок» Иван Максимович Семенов сидел в крохотной комнатенке вдвоем с ответственным секретарем. И туда набивались художники, человек 20–30. Они приходили с черновиками будущих рисунков и показывали их друг другу. Если над рисунком смеялись, значит, тема интересная. Ивану Максимо?вичу удалось привлечь к работе цвет русских художников — из-за политического гнета многие ушли в детское книгоиздание. Васнецов, Кузнецов, Сутеев, Сазонов, Бялковская, Елисеев, Лаптев, Скобелев, Монин, Лосин, Чижиков, Филиппова, Ко?люшева, Кузьмин, Стацинский, Ротов, Мигунов, Каневский… Что ни имя — то личность. Все очень интеллигентные, профессиональные, с колоссальным чувством юмора, очень требовательные к себе. Многие из них делали самые первые шаги. Например, Витя Чижиков, который сейчас известен всем абсолютно, пришел к нам, еще не кончив Полиграфический институт. И Иван Максимович умел создать такую атмосферу, что все эти ребята росли как на дрожжах. У нас печатались художники из других стран (правда, только коммунисты). Например, Жан Эффель как-то прислал рисунок, на котором были нарисованы лошадь и жеребенок, а у лошади в зубах была игрушечная лошадь. И Маршак подписал: «Жеребенку мать кобыла куклу новую купила». Сколько же у нас было писем! Мол, как это — «мать кобыла»? Как это вы посмели мать назвать кобылой?!

В первом номере журнала было опубликовано приветствие Маршака: «В большой семье советской журналов и газет сегодня самый детский журнал выходит в свет». Я сам столкнулся с Маршаком два раза. Повез ему корректуру его стихотворения «Веселый автобус», и там не в том месте была поставлена запятая. Он мне устроил просто кошмарный разнос! Я готов был сквозь землю провалиться. А потом он за?смеялся и говорит: «Вы думаете, что я злой? Я не злой. Я вас учу, как нужно относиться к литературному тексту. Если я поставил запятую здесь, значит, тут она и должна стоять».

«Веселые картинки» были единственным бесцензурным журналом. Считалось, что он настолько безобиден, что ничего крамольного в нем быть не может. Конечно, мы все прекрасно знали, что можно, а что нельзя. Но случались и казусы. Очень смешной случай был в 1968 году. Журнал сдавался за три месяца, и августовский номер был готов в конце мая, а там как раз шла чешская сказка. И вот только-только ввели войска в Прагу, выходит наш номер. А сказка была такая: букашкам в Брно очень плохо живется. Их давят, их всячески третируют. И букашка из Брно решила пойти в Прагу. Посреди дороги встречается ей букашка из Праги и спрашивает: «Ты куда идешь?» Та ей объясняет. А букашка из Пра?ги говорит: «Да ты что, у нас в Праге еще хуже. Я иду в Брно, потому что в Праге нас, букашек, давят, травят…» Это был единственный случай, ко?гда мы немножко перепугались. Но ничего не случилось — наверное, не до того им было. А в других изданиях бывало иначе. В од?ном из номеров «Литературной газеты» на первой полосе был Сталин, а с другой стороны страницы — какой-то очерк об Албании, где упоминалась ее столица — Тирана. Какой-то ушлый человек посмотрел на просвет эту страницу, и получилось «Тирана Сталина». Всех поснимали, и после этого выпускающий редактор, если видел имя Сталина, был обязан перевернуть страницу и смотреть на просвет, нет ли там чего.

Другой случай был в журнале «Техника молодежи». Там опубликовали чью-то по?весть о том, что советский экипаж космического корабля куда-то летит. Повесть шла в двух или трех номерах, и первый номер проскочил нормально. А потом пошло письмо в ЦК партии, и оказалось, что автор назвал всех членов этого экипажа фамилиями ведущих диссидентов Советского Союза, часть из которых сидела в тюрьме, а часть была выслана. Никому это и в голову не пришло — не только редакторы, но и цензоры не обратили вни?мания. Повесть сразу прекратили печатать и сняли всю верхушку журнала. Правда, тогда за такое уже не сажали, это было в конце 1960-х — начале 1970-х.

А в середине 1970-х Сережа Кузьмин нарисовал картинку, над которой хохотал весь «Крокодил». Тогда на поток ставили совмещенные санузлы, и вот рисунок: в ванне сидит дама преклонных лет, а около унитаза стоит старичок, и подпись: «Дорогая, нырни на минуточку». В итоге сняли главного редактора за то, что осмелились смеяться над совмещенными санузлами.

Феликс Шапиро, 1960-е годы

Первые годы наш журнал был абсолютно аполитичный. Потом Ивану Максимовичу деликатно намекнули: «Ну что же вы, вся страна празднует годовщину Октябрьской революции, а вы не празднуете. Нехорошо». И мы стали на обложке рисовать красные флажочки. Потом ему сказали: «Ну, что же, Иван Максимович, вся страна празднует День Советской армии, а вы не празднуете. Надо исправиться». И мы стали искать подходящее стихотворение. Дело дошло до того, что Ивану Максимовичу сказали: «Ну, что же вы, вся страна отмечает день рождения Ленина, а вы не отмечаете. Нехорошо». Он пытался объяснить, что у нас там букашки, зайцы, волки, лисы — и вдруг Ленин. Но ему сказали: «Нет уж, пусть будут букашки, а все-таки Ленин — вождь мирового пролетариата, давайте рассказы из его детства…» И в какой-то юбилей мы посвятили целый номер тому, что мог читать Ленин, когда был сверстником наших читателей. В Ульяновске, в городской библиотеке, оказался специальный ленинский фонд. Это была куча журналов, перевязанных веревочкой, которые валялись где-то в углу. Так что приходилось изворачиваться.

Очень смешно журналы ЦК ВЛКСМ от?кликались на череду смертей наших генеральных секретарей. Вот все журналы напечатаны, уже готовятся их отвозить, и вдруг шум, переполох — Брежнев умер. Что делать? Со всех журналов срывают обложки и печатают новые, о «безвременной кончине», а ведь это миллионные тиражи, полное нарушение технологического процесса… «Веселые картинки», к счастью, не тронули. А вот с журнала «Сельская молодежь» обложку сорвали, а она была посвящена животноводству или свиноводству, и внутри журнала, на первой странице, была нарисована процессия свиней, которая — так было задумано — направлялась на обложку. А там Брежнев в траурной рамке. Жизнь была вообще довольно комедийной, несмотря на гнет.

Когда хоронили Брежнева, некий траур и печаль все-таки были, по крайней мере они изображались. Потом умер Андропов, и опять собрали главных редакторов. И когда вошел инструктор, все уже сами говорили: «Знаем, знаем, все уже готовы срывать обложки». А потом, когда через два года умер Черненко, ну просто хохот стоял. Разболтался народ. Но за это ничего не было.

В «Веселых картинках» могли опубликовать того, кого нигде не печатали. Например, после снятия Хрущева всех постов лишили его зятя Аджубея. И было негласное постановление его не печатать. Тем не менее Иван Максимович поместил у нас его сказку. Она была не самого высокого уровня, но главное, что ее напечатали. В другой раз мы опубликовали Диму Менделевича, который собирался уехать. А уехавшие для литературы не существовали, на них было табу.

Видимо, за счет высокого художествен?ного уровня, юмора и колоссального разнообразия тем «Веселые картинки» пользовались очень большой популярностью. Мы начинали с 300 тысяч, потом стал миллион, потом три… В середине 1960-х для детских журналов сняли ограничение по тиражам. И сразу с 3 миллионов наш тираж скакнул до 5 миллионов 700 тысяч. А в начале 1990-х он составлял 9 миллионов 700 тысяч. После ухода из журнала Ивана Максимовича в 1975 году три года обязанности главного редактора исполняла Нина Ивановна Иванова. Все это время искали художника — члена партии, а таких почти не было. В конце концов Варшамов стал главным редактором, в основном потому, что был членом партии, а юмористом он не был совсем. И при нем журнал стал совсем другим.

Есть такое изречение, что человек жалеет не о совершенных поступках, а о несовершенных. В моей жизни было, пожалуй, два таких поступка, о которых я буду до са?мой смерти вспоминать с чувством глубокого удовлетворения. Первый относится к 1986 году, когда к нам приехал главный редактор какого-то чешского журнала. Обычно принимающей стороной у нас был главный редактор, потому что ему очень хотелось потом поехать за рубеж. Но он уже так наездился, что вдруг сам мне го?ворит: «Знаешь, Феликс, ты его принимай, а потом поедешь в Прагу». Мы с этим чехом очень хорошо провели время в Мос?кве, а потом мне пришло приглашение, но райком партии все равно надо было пройти, хотя уже был объявлен курс на пе?рестройку. Секретарь нашей парторганизации мне говорит: «Только, пожалуйста, не дергайся, ну зададут тебе несколько вопросов, как-нибудь выкручивайся». Я пришел, там сидят три представителя советской власти и начинают меня терзать. Один спрашивает: «Что та?кое Пражская весна?» А у моей жены очень много друзей было в Праге, в 1968 году их всех поснимали с работы, конечно… И я говорю, что Пражская весна — это такой музыкальный фестиваль. Он говорит: «Да, был такой фестиваль. А что вы скажете о Дубчеке?» Тут уж я начинаю выкручиваться, особенно их не осуждаю, но приходится признать, что они не занимали явно просоветскую позицию, раз их поснимали-то всех. Он: «Вот с этого и нужно было начинать».

Феликс Шапиро с женой Ольгой на кухне московской квартиры, 2000-е годы

Как только я вышел из здания райкома, у меня начался приступ язвенной болезни — она всегда обостряется от стресса. И никакие лекарства мне не помогали. Через некоторое время меня вызывают в ЦК комсомола, оформляют командировку и дают заполнить анкету. А в Прагу-то хочется. Я написал, что отец посмертно реабилитирован, но сам факт, что ничего не изменилось, что какая была анкета на четырех полосах, такая и осталась, меня неприятно поразил. А язва у меня все крутит и крутит. Месяца через два мне звонит наш инструктор: «Ты знаешь, потеряли твои анкеты. Придется заполнить снова. Приезжай». Я приезжаю, меня сажают за стол, и тут я говорю: «В 1986 году такую анкету заполнять стыдно. Я отказываюсь заполнять». У инструктора прямо глаза на лоб полезли. Он говорит: «Ну ты знаешь, я сам не могу решить этот вопрос, пойду посоветуюсь с руководством». Это нужно было видеть — я полчаса сидел в этой комнате, и у меня было ощущение, что весь Центральный комитет ВЛКСМ заходил посмотреть на идиота еврея, который решился бодаться с дубом. Потом инструктор вернулся и говорит: «Я с руководством посоветовался, эта форма утверждена МИДом, есть инструкция. Не хочешь заполнять — не заполняй, тогда не по?едешь». Но самое интересное другое: когда я отказался заполнять, язва меня отпустила. Так я и не поехал. И я счастлив, что я боднул дуб, как писал Солженицын.

Второй поступок, за который мне не стыдно, я совершил в 1993 году, когда узнал, что Варшамов и его заместитель Сережа Тю?нин приватизировали наш журнал. Вместе с Милой Климовой и Таней Алаторцевой мы написали в министерство, после чего Варшамов уволил нас троих. Куда мы только ни ходили, и все говорили: безобразие, беззаконие! Но сделать ничего не могли. Мы не понимали, что как раз Варшамов на острие, что он смог воспользоваться тем, что происходит. Между прочим, из 17 журналов ЦК комсомола наш был единственным, который приватизировали два человека, все остальные стали собственностью коллективов. Мы судились, но всерьез ничего не выиграли. И все равно я не жалею, что не сдался. Я себе так говорил: «Скоро с папой и с мамой встречусь, которые были кристально чистыми людьми. И они мне скажут: «Что ж, сынок, за шкуру свою испугался? Мы не испугались, мы боролись, а ты без борьбы сдался?»

В 1993 году мне было 63 года, вроде пора на пенсию. Но уходить не хотелось. И было непонятно, на что жить: все наши сбережения ушли коту под хвост. Постепенно вместе с Милой Климовой и Аллой Вовиковой стали издавать журнал «Плюс Я». Это было пиршество свободы, единомыслия и содружества. И получалось так, что, как только мы начинали умирать, что-то нам помогало. Вдруг Сорос объявляет конкурс на лучший детский журнал — и я посылаю туда наши номера. Мне приходит ответ: «Ваш журнал прекрасен, но мы не можем выдать дотацию». Ну нет так нет. Потом звонок: «Это из фонда Сороса. Почему вы не приходите за дотацией?» Оказалось, что нашу заявку направили по ошибке в отдел, ко?торый ведает взрослыми журналами. И они автоматически напечатали отказ. А потом каким-то чудесным образом журнал ушел в детский отдел. Потом стали издавать журнал «Розовый слон», кое-какие книжки начали выходить. И по-прежнему вынашивается много планов… Так что сейчас я могу сказать, что с 1993 года начался лучший период моей жизни. Потому что работать в творческом учреждении, где есть вертикальное подчинение и где над тобой сидит дурак, это ужасно. А тут я наконец почувствовал себя свободным.

Говорят, что старость начинается с утратой желаний и когда ты замечаешь, что все моложе тебя. Вот я вхожу в метро и вижу — ну все моложе! Гете очень хорошо сказал, что трагедия старости не в том, что тело стареет, а в том, что душа остается молодой. Для меня это очень большая загадка. Ведь душа действительно не стареет.

Сейчас я очень хорошо понимаю, что, не?смотря на все мои заслуги и дела, несмотря на то что моя жена довольно крупный ученый, лингвист, основное наше достижение — это дети. Старший сын Андрей, дочка Лиза и младшая Катя. Они все разные по характеру. Ну пьеса была, и не одна, мультфильмы были, и в журнале много делал. Но это как-то вдали. Потому что с этим нет обратной связи. Это куда-то ушло и незримо. А здесь есть колоссальная обратная связь. Ну а самое интересное, что есть в жизни, — это сама жизнь.Sta Viator!

Опубликовано 4 октября 2012

Абрамович заплатил за роды дочери около $2 млн

oserece — Thu, 15 May 2014 07:44:16 GMT

Роман Абрамович побил очередной рекорд – на этот раз как самый щедрый папаша планеты - сообщает "Экспресс-газета". Олигарх возглавил очередной рейтинг журнала Forbes как отец самого дорогого ребенка.

Предприниматель потратил астрономическую сумму на роды гражданской супруги Дарьи Жуковой. Как подсчитали журналисты издания, только на стоянку яхты Eclipse в Гудзонском заливе Абрамович тратил 200 тысяч долларов в неделю.

Принадлежащая олигарху гигантстка посудина появилась в акватории Нью-Йорка в середине февраля и произвело огромное впечатление на местных жителей и журналистов.

За стоянку своей яхты в Гудзонском заливе Абрамович заплатил около $1,6 млн

Уже тогда журналисты предположили, что Абрамович желает, чтобы его будущий ребенок появился на свет в США. Для этого они с Дарьей заблаговременно приплыли в Нью-Йорк, но не стали останавливаться в отеле, а решили остаться на борту яхты. Стоит отметить, что это судно оснащено не хуже пятизвёздочной гостиницы, к тому же гораздо комфортнее и спокойнее для роженицы, так как на ее борту может располагаться многочисленный штат охраны.

Яхта простояла на Гудзоне два месяца, и, таким образом, за ее обслуживание Роман Аркадьевич выложил 1,6 миллиона долларов. И это только за судно!

Если приплюсовать сюда стоимость проживания (еда, напитки, оплата обслуживающему персоналу и т. д.), сумма окажется еще более впечатляющей. А если добавить еще и затраты на медицинское обслуживание, итог будет запредельным.

Напомним, что Дарья Жукова рожала в Пресвитерианском госпитале Нью-Йорка. Новорожденная Лея стала вторым ребенком пары: старший сын Аарон родился в 2009 году. При этом сам Абрамович стал отцом в седьмой раз. Помимо детей от Жуковой у него есть трое дочерей и двое сыновей от второго брака.